February 23rd, 2018

Куда приведут экономику России «20 шагов» Грудинина

Грудинин всерьез собрался восстановить в России СССР, но СССР 1990 года и без накопленных к 1990 году ресурсов. Страшный удар по стоимости рубля в сочетании с политикой изоляционизма, обвальный рост дефицита даже самых необходимых товаров, повсеместное формирование черных рынков, катастрофа покупательной способности населения не могут не привести к «восстанию» целого ряда регионов, новые лидеры которых будут не назначены, а избраны, а старые предпочтут действовать в интересах региона, не видя никакого централизованного выхода из кризиса
Пресса активно тиражирует костяк экономико-политической программы кандидата №2 на президентских выборах 18 марта – Павла Грудинина, так называемые «20 шагов». Документ этот составлен в лучших традициях экономического нонсенса и является смесью неправильно понятых идей вульгарного народничества второй половины XIX века, «сказаний о всеобщем счастье» из доктрин диктаторов Юго-Восточной Азии и популистских речей каудильос Латинской Америки.

Скорее всего, эти «20 шагов» всего лишь отписка номинального кандидата в президенты, чья задача – получить голоса ни в коем случае не более чем 5–10% общества, готовых поверить в кашу из терминов и популистских заявлений. Но возможно, «20 шагов» – это первый (пока неуклюжий) вариант левой программы для грядущего левого поворота российской внутренней политики и экономики (тогда программа Навального – это ее неуклюжий правый вариант).

Про левый поворот (то есть переход к эмиссионному стимулированию, завершению огосударствления экономики и введению масштабных экономических ограничений типа регулирования цен, блокирования движения капитала и внешней изоляции) как естественное следствие нынешнего режима «феодальной демократии» и завершающую фазу в процессе разрушения экономики и, скорее всего, государственности России я уже не раз писал – опасность такого поворота трудно переоценить, и потому придется мне описать наиболее вероятные последствия внедрения «20 шагов» в жизнь.

Для анализа я позволил себе изъять из текста «шагов» всю воду и лозунги, оставив только конкретику. Под каждым пунктом – комментарий со сценариями последствий, куда входят также результаты взаимного влияния всех указанных предложений.

1. Смена экономической стратегии. Проведем национализацию стратегически важных и системообразующих отраслей промышленности, электроэнергетики, железных дорог, систем связи, ведущих банков. Государство вернет себе монополию на производство и оптовую продажу этилового спирта.

Павел Грудинин опоздал – национализация уже активно идет. Тот факт, что в стране еще существует полторы сотни олигархов, номинально контролирующих те или иные отрасли, мало что значит – они полностью управляемы, а вся финансовая сфера и основная часть бизнеса уже принадлежат государству напрямую или через госкорпорации.

При этом государственные компании в России платят в бюджет в пересчете на рубль выручки меньше, чем частные – зря товарищ Грудинин надеется «вместо бюджета стагнации за счет национализации создать бюджет развития». Скорее наоборот – по общемировой статистике государственные предприятия имеют маржинальность почти на треть меньше частных, то есть завершение национализации унесет треть от 45% (доля прибыли в ВВП) от тех 30% ВВП, которые сегодня в России не имеют к государству отношения. Результатом будет сокращение ВВП примерно на 4,5%; сокращение доходов бюджета будет еще больше – около 10%.

Отдельный вопрос – как будет проведена национализация? Через конфискацию? Но как же тогда «справедливый суд» из следующих пунктов программы? Суд будет справедливым, но не для олигархов? А как быть с иностранными инвесторами, миноритарными акционерами, с владельцами более мелких национализируемых предприятий? Может быть, национализация будет проведена за деньги по рыночной стоимости? Тогда придется заплатить 6–8 годовых прибылей этих компаний – где взять эти средства и зачем, ведь в период президентства Грудинина такая покупка явно не окупится.

Более того, после национализации правительство встанет перед дилеммой – отбирать у госпредприятий больше, чтобы финансировать ползущий по швам бюджет, или, наоборот, давать им больше, чтобы стимулировать инвестиции и развитие. В Венесуэле решили больше отбирать, и спустя 12 лет добыча нефти упала в два раза, а общее производство в госсекторе – в три. В СССР решили больше давать и закончили тотальной архаизацией технологий и падением производительности (деньги вбухивались «ради плана»), перепроизводством ненужной, зато капиталоемкой продукции и тотальным дефицитом продукции, требующей конкурентоспособного качества и чувствительной к себестоимости.

Грудинин, судя по всему, предлагает делать и то и другое одновременно – в итоге с большой вероятностью мы получим недоинвестирование в развитие формирующих добавленную стоимость компаний (то есть снижение добычи нефти, газа, металлов, потерю конкурентности на рынке нефтехимии и прочее) на фоне бурного роста производства продукции, не имеющей естественного сбыта, потреблять которую российское общество придется заставлять, искусственно перекрывая каналы поставки более качественных и дешевых импортных товаров.

Мы вернемся в мир «Жигулей», телевизоров «Рекорд», продолжение